Кажется, никогда еще родители не были столь просвещенными. Один клик — и перед вами развернутый доклад о вреде сахара, трансжиров и ультрапереработанной еды. «Не ешьте сосиски и колбасу – вы увеличиваете риск онкологии!». Врачи, школы, блоги об «осознанном родительстве», даже подруга из чата «Мамы Крылатского» ежедневно напоминают: сахар — это зло, газировка — яд, наггетсы — почти преступление против здоровья ребёнка. Прогорклое масло, на котором жарят гамбургеры и наггетсы –«убей свою печень!». И тем не менее статистика упрямо показывает: дети продолжают лопать мармелад, картофель фри, наггетсы и сладкую воду в промышленных объемах, а детское ожирение растет с завидной стабильностью.
Возникает почти философский вопрос: если все всё знают, почему же продолжают покупать?
Ответ, разумеется, не в невежестве. Он в том, что современный родитель — существо удивительно гибкое. Он способен одновременно читать статьи о вреде сахара и протягивать ребенку пачку «Мишек». И делать это с чистой совестью.
Время нынче дороже здоровья (и вообще всего)
Мы научились экономить время на всем. На уборке, на стирке, на разговорах с близкими. Особенно успешно — на готовке. Современный родитель к вечеру представляет собой слегка потрепанного биоробота, который уже отдал все, что мог, работе, пробкам, ипотеке и детским кружкам по интересам. И вот в этот момент перед ним встает выбор не между полезной брокколи с нежной отварной куриной грудкой и доставкой пиццы. Выбор между еще одним конфликтом с ребенком и хотя бы относительным спокойствием.
Психологи называют это «склонностью переоценивать немедленную выгоду». В переводе на язык уставшего родителя: «Пусть сегодня съест что угодно, лишь бы не выносил мне мозг». Домашний ужин требует часа-полутора твоего вечернего времени. Пакет наггетсов — десяти минут и минимума нервов. Здоровье через двадцать лет в этой системе координат выглядит примерно как перспектива пенсии в тридцать лет: вроде бы важно, но очень далеко и как-то абстрактно.
Еда как главный язык любви (и лени)
Есть еще более трогательная причина. Накормить ребенка чем-то вкусным — древний способ сказать «я тебя люблю». Только раньше это было «я тебя люблю, вот тебе свежий хлеб и молоко». Теперь это «я тебя люблю, вот тебе мармелад в форме разноцветных мишек и стаканчик сладкой газировки».
Родитель покупает не сахар. Он покупает улыбку. Он покупает отсутствие истерики. Он покупает себе право почувствовать себя хорошим родителем за триста рублей. Ребенок же усваивает простую и очень удобную формулу: любовь = сладкое, утешение = сладкое, награда = сладкое. Потом этот же человек во взрослом возрасте будет «заедать» стресс, удивляясь, откуда у него такая странная привычка. Как будто кто-то нечаянно заложил ее в детстве.
Чувство вины — лучший маркетолог
Современные родители проводят с детьми меньше времени, чем хотели бы. И тут включается прекрасный механизм компенсации. «Я сегодня снова до восьми на работе — зато куплю тебе что-нибудь вкусненькое – пирожные, тортик». «Мы почти не гуляем вместе — зато сходим в твое любимое кафе — фастфуд». Еда становится способом заплатить за отсутствующее внимание. Причем способом самым дешевым и самым быстрым.
Получается изящный парадокс: мы пытаемся компенсировать нехватку времени и близости тем, что еще сильнее отдаляет ребенка от нормального отношения к еде. Но зато совесть временно чиста.
Маркетологи знают наших детей лучше, чем мы
Пока мы читаем статьи о правильном питании и забываем их через минуту, пищевая индустрия спокойно изучает детскую психологию и вкладывает миллиарды в то, чтобы ребенок захотел именно этот яркий пакетик мармеладок. Мультяшные персонажи, игрушки внутри, блогеры работают безупречно. Родитель приходит в магазин как на поле боя, где против него выстроена целая армия профессионалов. И почти всегда проигрывает. Потому что ребенок ноет – купи мне это, а родитель уже устал сопротивляться.
Мы просто привыкли
Самое опасное — это когда вредное перестает казаться вредным. Если вокруг все так едят, если картошка фри (да еще сдобренная не только кетчупом, но и изысканным трюфельным маслом и тертым сыром Пармезан) — обязательный атрибут выходных, а праздник без торта уже не праздник, мозг сдается. «Все дети так едят». «Мы сами выросли на белом сахаре и ничего – вроде живы». Классическая нормализация. Когда-то люди так же говорили про курение в самолетах.
В итоге настоящая проблема даже не в сахаре. Проблема в том, что здоровый выбор в современном мире требует усилий, времени и характера. А нездоровый — почти ничего. Быстрая еда экономит силы. Сладости экономят нервы. Реклама говорит с ребенком громче и чаще, чем родители.
Поэтому вопрос уже гораздо сложнее, не «чем мы кормим детей». Вопрос звучит гораздо неприятнее: почему любящему, информированному, в целом адекватному родителю все труднее и труднее сделать простой здоровый выбор? И почему он продолжает делать вид, что это очень сложно?
Возможно, потому что нам проще признать, что мир устроен неправильно. Чем признать: «я просто устал и купил себе спокойствие».
