Ирина Александровна Лукичева — экономист-математик, много лет работала финансовым аналитиком в международных компаниях. Трое детей: старшей дочери 22, сыну 16, младшей — почти 13. После рождения второго ребенка она ушла из найма. Последние пятнадцать лет занимается керамикой, работает на себя из дома и выстраивает тот ритм семьи, который не складывался, пока она возвращалась с работы, чувствуя себя выжатой как лимон.

«В найме я эмоционально обесточенной каждый день приходила домой. На семью уже не оставалось ни сил, ничего. Когда начала работать из дома – вздохнула. И открылись перспективы нормальной жизни».

Шаг, который изменил все

Это  история не про бессмысленное сидение дома. Это история про смену координат. Финансовый анализ Ирина знала блестяще, но цена была высокой: выгорание на работе, дети на периферии внимания. Творчество —  керамика – превратилось не в  хобби для души, а  стало после ухода из офиса новой профессией и способом быть рядом с детьми.

Когда дети были маленькие, пригласили помощницу. Прекрасный человек нашелся, няня из Новосибирска  (до сих пор с ней общаются – поздравляют с праздниками) —  возила  детей в сад и кружки, встречала, кормила, сопровождала семью в отпусках. Сейчас  только помощница по дому приходит  один раз в неделю: гладить и генеральную уборку Ирина не любит, а вот готовит сама с удовольствием. Сегодня дети уже самостоятельные: кто выносит мусор, кто разбирает покупки, кто собирает посуду. Порядок держат сами.

Не «теплица», а стимул

Все трое учились в частных школах. Старшая сейчас  уже в институте — осваивает графический дизайн. Сын в десятом классе на гибридном формате обучения: три дня очно, два — онлайн, программу десятого и одиннадцатого сжимает в один год, чтобы в выпускном остаться  только на ЕГЭ. Младшая до седьмого класса ездила на школьном автобусе из «тепличной» школы, где к шестому классу ей уже почти вручили  золотую медаль.

Именно дочь попросила перемен. На день рождения захотела не подарки, а перевод в другую школу. Что у нее было: маленький класс на десять человек, все всех знают с детского сада, ярлык уже повешен – отличница и будущая медалистка. А девочке  хотелось большего круга,  школу в центре Москвы и более сильной программы. Выбрала сама школу «Сотрудничество» на Таганке.

«Переживаний по поводу смены школы  в семье  не было. – рассказывает Ирина —  Это было исключительно её желание. Сейчас ей, правда,  тяжело: в прежней школе информатику не учили два года, французский отстаёт на год,  с математикой пока лучше всего.. Но обратно не хочет».

Первые недели – жесткая адаптация и метро вместо школьного автобуса от подъезда к подъезду. Зато  теперь есть конкуренция и стимул двигаться вперед. Мама уверена: дочка справится.

Человек, который «держит математику»  в семье

Если в этой истории есть второй герой после мамы —  это репетитор по математике Игорь Максимус. Он появился, когда старшей дочери стало по-настоящему трудно.

После ковида у нее начались проблемы с памятью, она словно  обрушилась. На уроке  девочка все понимала, дома выучивала — к доске выходила с пустой головой. Способный ребенок, отличница начальной школы — и вдруг «ничего не может сказать». Нужно было сдать хотя бы базу, закончить школу, пройти ОГЭ. Игорь  Максимус взял ее на обучение  в девятом и вел  все три года. До окончания школы.

«Благодаря ему сдали математику и закончили школу. Он не только учил — он морально держал».

Секрет метода Игоря, который выделяет Ирина, не в формулах. За стоминутный урок Игорь успевает снять зажим, поговорить о том, что ребенок не расскажет маме и папе, а новый материал уложить в пятнадцать–двадцать минут в конце. Ребенок схватывает быстро,  если он  не зажат.  Сегодня Игорь ведет уроки со средним сыном Лукичевых. Иногда за дверью слышен смех, и мама спрашивает: «Точно  идет урок математики?» Точно. К концу лета сын сам сказал: «Мне пора снова на математику».

Когда младшая переходила в сильную школу, математику нужно было подтянуть срочно — до уровня вступительного тестирования. Восемь занятий. Отличница «мягкой» школы вышла на углубленный уровень и прошла. Игоря в семье  передают от ребенка к ребенку.

Для семьи Лукичевых Игорь Максимус — почти домашний учитель. Не «закрыть пробел к контрольной», а дать  опору: и предмет, и психологическая поддержка, и мост между детьми разного возраста.

Сын: все интересно, пора выбирать

Рома — в десятом. Ему нравится информатика, история, обществознание, география. Глубже всего — IT и робототехника, плюс  есть у мальчика предпринимательская жилка. Семья уже взяла профориентационного консультанта: к сентябрю нужна стратегия под экзамены. Математика — точно. Русский -«боль» с первого класса: пропускал слоги и буквы. Логопед, нейропсихолог, занятия даже в  каникулы (кроме Нового года). Была слабая тройка, сейчас  уверенная слабая четверка. Говорит грамотно, мыслит стройно — письмо догоняет.

Тело как терапия

Школьную физкультуру Ирина считает «для галочки». Двое младших ходят в  спортивный клуб на индивидуальные тренировки с любимым тренером Ваней — даже когда он сменил зал и пришлось идти пешком дальше. Из поездок Ване везут подарки. Младшая называет тренировку психотерапией: после новой школы пришла, поговорила с Ваней, нагрузка снялась. Сын, который раньше ворчал «опять спорт», два года не отказывается.

Оба младших — сертифицированные дайверы Open Water. У дочери около пятнадцати погружений, первый сертификат в одиннадцать. Личный пример здесь железный: мама не требует того, чего не делает сама. Яхтенные права у обоих родителей с 2008-го, дайвинг детям передал папа.

Мир как учебник

Путешествия у Лукичевых — не «все включено», а маршрут с гидом, лекцией и делом. Теплоход по Енисею от Дудинки до Красноярска. Байкал. Казань, Пермь, Йошкар-Ола. На осенние каникулы планируют Марокко: ретро-мотоциклы по городу, воздушный шар, мастер-класс по мозаике. Средиземное море на арендованной яхте с местным шкипером: Греция, Италия, Сардиния, Турция. На Мальдивах  прошедшим летом жили неделю на дайверской лодке —  дети по два-три погружения в день, скаты и китовые акулы.

После каждой поездки папа монтирует фильм: несколько камер, своя музыка. Он директор крупной IT-компании, дома бывает мало, зато когда бывает — главный. Мама может сказать пять раз, папа — один. Мусор вынесен, уроки сделаны, квартира в порядке — и только тогда вечерний разговор. Иерархия не давит, она держит.

«Папа старший, папа главный. Это очень хорошая модель : редко бывает дома (много работает), но он — тот, у кого спрашивают разрешение».

Творчество без насилия

Оба родителя заканчивали музыкальную школу. Детей насильно к роялю не сажали. Классику дети не слушают — и это не трагедия. Младшая ходит с мамой в керамическую студию, рисует с педагогом «для души», в художественную школу не идет: профессию в этом не видит. Старшая всегда рисовала и пела — дизайн для нее не компромисс, а направление, где можно дышать.

Вино — еще одна семейная нить: коллекции, дегустации, поездка в Бургундию. «Люди, которые любят вино, — люди, у которых много жизни», — говорит Ирина.

Что остается в навигатор

Семья Лукичевых не идеальная картинка « у нас все легко». Есть особенности развития и памяти у старшей, дисграфия у сына, адаптация младшей в жесткой школе, папа, с которым семья мало общается по будням. Есть  репетиторы, тренер, деньги на частное образование и путешествия — это тоже правда этой истории, и прятать ее незачем.

Но стержень другой. Мама вышла из найма, чтобы присутствовать. Не контролировать уроки («я свою школу давно закончила — это их дела»), но держать ритм дома, кружки, школы, каникулы и  находить людей, которым можно доверить ребенка. Нашла Игоря Максимуса — и  он стал сквозной фигурой для всех троих детей. Нашла тренера Ваню в спортзале. Нашла няню, с которой до сих пор переписываются.

Смелость здесь не в громком жесте «я бросаю карьеру». Смелость  в том, чтобы признать: корпоративный успех съедает семью… и вовремя поменять поле. Пятнадцать лет спустя Ирина все так же с удовольствием занимается керамикой, дети едут  в  школу на метро сами, младшая не хочет обратно в тепличные условия, сын сам просит уроки математики, а после каждой поездки в семейном архиве появляется еще один фильм, который смонтировал папа.

«Я не заставляю вас делать ничего того, что не делаю сама».